Денисова Екатерина «Магнитогорск»

Жара стояла жуткая, и Ваня был рад горам, которые немного, но всё же давали тень. Это спасало и от быстрой усталости, и от жажды: воды у них осталось мало. Вообще-то, он, Егор и Илья Яныч ещё вчера были отправлены на фронт, но ровно посередине пути их перехватил некий капитан Рыбищев и попросил помочь здешним (на тот момент это были солдаты близ осажденного Ленинграда) провезти металл для сплава.

–  А какой город-то, товарищ капитан? – удивился тогда Ванька, задумчиво оглядывая несколько машин, нагруженных старым металлом.

–  Ай, запамятовал! Да ты не задумывайся больно, он там один такой, город-то металлургический. Найдешь – он и будет тем самым. – И махнул потрепанной фуражкой, мол, «в добрый путь».

Вот и брели уже третий день по этому «доброму пути» вместе с товарищами! А там, на фронте, всё ждали новых танков. «Это ж сколько времени нужно: довезти металл, отлить, проверить и доставить..», размышлял Егор, пока Илья Яныч, карабкаясь вверх по невысокому холму, пытался оглядеться. Кругом было зелено, что сильно удивляло. Бомбили сейчас везде и когда угодно; но тут поля умудрялись остаться ярко-зеленым пятном, а небо голубым платком в сравнении с черно-белой Челябинской областью, полностью нарисованной серостью дыма, идущего из труб вечно работающих заводов. С погодой не везло, зато вид был замечательный, о чем думалось всем троим солдатам.

Егор, на самом деле Егор Алексеич, был еще молод, и на службу его позвали как раз в день рождения. Да было то год назад, когда исполнялось девятнадцать. Илья Яныч, старожил деревни неподалеку, сам вызвался помочь с металлом – на фронт хотелось, но сердце чуяло, что так он может помочь больше. Невысокий и смуглый, с полуотодранной бородой, он внушал другим двум товарищам уважение. И, наверное, было это из-за горящих живым огнём глаз, при отстутствии половины левой руки. Почему его не демобилизовали, как положено, Егор с Ванькой старались не спрашивать.

Ванька был парнем двадцати пяти лет с приятным лицом и вечно болтающим языком. Егор подозревал, что именно благодаря ему Ивану удалось променять путь к фронту на помощь солдатам (и была тут доля разочарованности). Он был с приятным нравом, присущим не многим в сорок втором.

– Там дым виднеется, километрах в четырёх! – крикнул Илья Яныч, наконец заметив серую полосу дыма, разрезавшую голубое полотно. Ванька, негласно принявший на себя роль главного в их скромной тройке, кивнул и сказал двигаться дальше.

До самого города товарищи добрались к вечеру, когда солнце уже почти зашло за горизонт. Оказалось, что дым шёл из огромных труб и воздух тут был пропитан запахом горелого дерева: видимо, печи работали без остановок. Оставив машины с металлом и двух солдат, Ваня направился на поиски рабочих или главного.

– Товарищ! – парень оглянулся, заметив человека в форме (что примечательно, не в военной). – Это вы нам металл привезли?

– Мы! – обрадованно согласился солдат, пожимая протянутую руку. Незнакомец представился Григорием Ивановичем и поспешил к машинам с грузом. Егор с Ильей Янычем быстро помогли разгрузить всё, не забывая удивленно оглядывать большое здание. Переночевать Григорий Иванович предложил прямо на верхних этажах комбината. Мужчина предоставил солдатам старые тонкие матрасы, а сам отправился работать.

К утру металл, привезенный солдатами, уже превратился в листы броневой стали. Григорий Иванович тепло распрощался с Ваней, Егором и Ильёй Янычем, пожелал хорошей дороги и уже было скрылся между зданиями, как Ванька спешно позвал его:

– Григорий Иванович! А город-то ваш как называется?

– Магнитогорск! – прилетело звонкое и чёткое с другой стороны. На мгновение вокруг повисла тишина, и ответ мужчины прошелся легким шелестом по каждому углу комбината и города в целом, пылью и памятью оседая вокруг.

Денисова Екатерина, МАОУ «МЛ № 1», 8Г

Добавить комментарий