Лучшие сцены Devilman Crybaby

Достаточно сложно перестать писать о Devilman Crybaby, когда он является предметом твоего специального культурологического ресёрча. Поэтому давайте ещё раз вернёмся к этому сериалу и его спорному содержанию. Несмотря ни на что, это шоу действительно остаётся одним из лучших аниме Netflix (не то что бы Netflix славились хорошим аниме) и знаковым тайтлом для десятых годов XXI века. И на этой прекрасной ноте предлагаю вспомнить пять действительно лучших сцен Devilman Crybaby, великолепие которых не затмевает даже неудачное сочетание первоисточника с художественным стилем Юасы.

5. Смерть Мики

Когда Сатана публично раскрывает перед человечеством существование демонов, мир скатывается в паранойяльную панику. Обезумевшие от страха перед сверхъестественным врагом люди начинают в ужасе убивать друг друга, подозревая в каждом втором законспирированного демона. А Сатана с помощью своих денег и связей лишь подогревает эту охоту на ведьм, распространяя с помощью СМИ дезинформацию о том, что демонами неизбежно становятся все маргинализированные и притесняемые.

Из-за своего расово-смешанного происхождения, небывалых успехов в спорте и дружбы с несколькими разоблачёнными полудемонами Мики Макимура, любовный интерес главного героя, становится мишенью для обезумевшей толпы линчевателей. Несмотря на отчаянные попытки защитить её со стороны её друзей, Мики попадает в руки фанатиков и оказывается убита. Акира успевает на помощь слишком поздно и застаёт лишь кровожадную толпу, пляшущую с нанизанными на арматуру кусками расчленённого тела его подруги.

Смерть Мики в Amon: The Apocalypse of Devilman

Смерть Мики Макимуры в оригинальной манге 1972 считается одним из самых значимых и иконических событий в истории индустрии. Тогда это был настоящий разрыв шаблона. Но со временем троп с неожиданным и жестоким убийством романтического интереса главного героя успел стать приевшимся. Поэтому не так просто для современного зрителя показать на экране, насколько шокирующим и эмоционально травмирующим было убийство Мики в оригинальной манге.

Не считая провальный live-action, сцена с обезглавливанием Мики обезумевшей толпой была экранизирована дважды: в OVA Amon: The Apocalypse of Devilman и, собственно, Devilman Crybaby. Взятые по отдельности эти сцены практически не могут друг с другом конкурировать. Даже те, кому Amon нравится куда меньше, чем мне, не могут спорить: по части жестокости и бессмысленного насилия эта экранизация превосходит все прочие.

Смерть Мики в Devilman Crybaby

Сцена в Amon производит более мощное впечатление как минимум тем, что в ней помимо самой Мики толпа убивает и её младшего брата Таро, которого также обезглавливают. И происходит это через мгновение после того, как он опи́сался от страха, увидев по ТВ превращение своего «братишки» Акиры в кровожадного демона-каннибала и сексуального маньяка. Кадры с последующими плясками толпы с головой Мики также трогают больше, поскольку здесь аниме не показывает толпу линчевателей обезличенными силуэтами на фоне огня. Напротив, Amon показывает лица смеющихся охотников на ведьм крупным планом, ещё больше углубляя шок от и без того ужасающего убийства.

Реакция Акиры на смерть подруги также выглядит более проработанной в OVA Amon. Если в Crybaby (как и в манге) Акира просто сжигает линчевателей одним запалом своего адского дыхания, то в Amon он буквально разрывает всю толпу фанатиков на куски голыми руками. Хотя эта сцена не показана в кадре, аниме смакует последствия этой кровавой бани, представляя Акиру плачущим навзрыд с головой Мики в руках, буквально стоящим по колено в озере из крови и внутренностей убитых им людей. А добивает эту гениальную сцену холодно отчуждённый взгляд Сатаны, всё это время наблюдавшего за расправой над Макимурой.

Сравнение двух сцен

Но если смерть Мики в Amon лучше как отдельная сцена, то Crybaby выигрывает по части того, как эта сцена встроена в общий нарратив. Amon страдал от недостатка экспозиции и контекста, из-за чего многими зрителями гениальность сцены была упущена из-за непонимания ими глубокой эмоциональной связи Акиры с Мики. Crybaby даёт достаточно внимания Макимуре (даже больше, чем было в манге), чтобы эмоционально подготовить зрителя к осознанию той боли утраты, что испытывает главный герой в момент чудовищной гибели его возлюбленной.

Кроме того, особой силы сцене Crybaby придаёт тот факт, что помимо Мики в ней погибают и другие, не менее важные для Акиры люди: Мико и банда рэперов Вама, с которыми они успели сблизиться на фоне планетарной катастрофы. Участие второй половины банды Вама в расправе над Мики, как и предварительное трогательное лесбийское признание в любви от Мико, ещё более углубляют эмоциональный вес сцены. Хотя Crybaby полностью игнорирует сюжетную линию с освобождением Амона, на фоне здешних событий она была бы как нельзя кстати.

4. Финальный бой Акиры и Сатаны

Чудовищное предательство со стороны Рё, под личиной которого всё это время скрывался Сатана, становится садистской вишенкой на торте эмоциональных травм Акиры. Встретившись с Рё там, где они когда-то познакомились, Акира окончательно отвергает его предложение о том, чтобы присоединиться к армии Сатаны. В следующий раз Акира и Рё встречаются лицом к лицу лишь в гигантском апокалиптичном сражении армий демонов и человекодьяволов.

Хотя к этому моменту Акира уже становится самым могущественным демоном во Вселенной (он уже носил этот титул, будучи обладателем сил Амона, и окончательно подтвердил квалификацию с убийством Зеннона), ни один его удар не наносит видимого ущерба Сатане. Армия полудемонов Акиры жертвует своими жизнями, чтобы регенерировать повреждения своего военачальника, но напрасно — одним метким ударом Сатана разрезает Акиру пополам.

Признание Рё в любви в Devilman Crybaby

Разрушительная битва демонов и полудемонов оказывается катастрофой космического масштаба. Экосистема Земли полностью разрушена, Луна расколота пополам, все демоны и полудемоны убиты в адской бойне. Последние кадры показывают лишь Сатану, безмятежно ютящегося на каменном островке посреди океана из крови. Падший ангел признаётся в любви заклятому врагу, но лишь затем, чтобы обнаружить своего теперь уже бывшего друга мёртвым.

Сцена финальной битвы хороша уже как минимум тем, что это единственная (не считая кринжового live-action) полноценная адаптация классической концовки манги. Хотя OVA Amon оставляла возможность для подобного исхода, сама разрушительная финальная битва осталась за кадром — здесь последним сражением Акиры становится его внутренняя победа над Амоном. Юаса подарил воплощение оригинальной концовке и впервые раскрыл в полной мере оригинальный антимилитаристский посыл Devilman. Как когда Деймон Линделоф впервые (в сравнении со Снайдером) перенёс на экраны сцену атаки мутанта-кальмара из Watchmen. И обе сцены поистине гениальны.

3. Предательство Рё

Здесь мы также имеем два контрастных примера: телевизионное выступление Рё, в котором он показывает кадры демонической трансформации Акиры на шабаше, было и в Amon, и в Crybaby. А сама сцена шабаша есть также и в первой OVA Уманоске Ииды. И если шабаш The Birth и Amon ещё могут друг с другом посостязаться, то оная сцена из Crybaby не ровня обоим вариантам из OVA.

Но если сам шабаш однозначно лучше в OVA, то Crybaby выигрывает перед Amon за счёт опять-таки своего контекста — самого выступления Рё по ТВ. В Amon Рё по большей части просто торгует лицом и произносит пару клишированных фраз, призванных нагнетать панику в и без стоящем на грани уличных беспорядков Токио. Рё в Crybaby ведёт себя в телестудии куда менее сдержанно, истерит, дебоширит и в конце озвучивает прямой призыв убивать всех, кто угнетён и маргинализирован, потому что они — потенциальные кандидаты в демоны.

Предательство Рё в Devilman Crybaby

Но более эту сцену углубляет живая реакция Акиры на предательство своего лучшего друга. Хотя в Amon Акира также застал выступление Рё по телевидению, он не показал, что это выступление по сути являлось предательством со стороны блондина. А с учётом скудности местной экспозиции зрители, незнакомые с OVA Ииды, и вовсе могли не понять, в каких отношениях состоят Акира и Рё.

Crybaby сразу показывает, как этот «нож в спину» воспринимает сам Акира. А играющая на фоне Judgement Кенске Усио лишь углубляет нарастающее напряжение, когда с каждым следующим словом Рё Акира всё больше понимает, что его друг оказался хладнокровным предателем, который поставил под угрозу жизнь не только Акиры, но и всех, кто ему дорог.

2. Уничтожение Богом Москвы

Хотя Devilman целиком и полностью основан на библейской мифологии, здесь на удивление мало фигурирует центральный персонаж этой мифологии — Бог. В основном Бог упоминается в Devilman лишь как доисторический противник Сатаны, битву с которым он проиграл, что явилось предысторией основного сюжета, в котором Сатана намерен взять реванш перед Творцом. Бог также появляется в финале истории, но лишь на миг и как намёк на продолжение.

Но в манге также есть интересная сцена где-то в середине истории, которая является единственным прямым вмешательством Бога в события манги. Когда демоны захватывают высшее руководство Советского Союза, они планируют развязать ядерную войну, которая должна погубить человечество (манга вышла в 1972 на фоне Холодной войны — как и Watchmen она навеяна страхом перед ядерной войной между США и СССР). Бог превращает Москву в соль, чтобы не дать ядерному холокосту случиться.

Идея с превращением в соль не взялась из ниоткуда — она происходит из сказания об уничтожения городов Содом и Гоморра за грехи его жителей. Хотя сами города были не превращены в соль, а сожжены дождём из огня и серы, превращением в соль была наказана жена Лота — единственного праведника Содома, которого ангелы предупредили об уничтожении города. Лот и его семья получили указание покинуть Содом, не оборачиваясь на него, но жена Лота ослушалась этого указа и была превращена в солевой столб.

Хотя по другому толкованию превращение было не целенаправленным наказанием, а просто следствием увиденной ею Божьей кары. Ветхий завет часто указывает на идею о том, что Божественное присутствие настолько непостижимо, что взгляд на него смертелен для всякого смотрящего даже без намерения самого Бога убить этого человека. По этой причине, например, считается, что из всех существ во Вселенной общаться напрямую с Богом могли лишь ангел Метатрон и пророк Моисей — остальных ждала участь жены Лота.

Доисторическое сражение Бога и Сатаны в Devilman: The Birth

В Devilman Бог непосредственно сходит на Землю в виде гигантской сферы света, что приводит к обращению в соль столицы нашей необъятной. Crybaby немного изменил этот сюжетный ход, так как Советского Союза давно не существует. Здесь ядерный удар собирается инициировать не то русский, не то американский ВМФ, всё так же одержимый демонами.

Сцена захвата ядерных боеголовок демонами с самого начала вводит в напряжение, но стоит инфернальным монстрам пустить первый залп оружием судного дня, как резкая вспышка света прерывает их сцену. События переносятся в католический храм, где мать Мики слушает от священника метатекстуальный рассказ про Содом и Гоморру. Дальнейшая последовательность раскрывает, что вспышка света превратила весь флот со всем его ядерным арсеналом в соль, а гигантское облако света разрослось настолько, что стало видимо со спутника.

Но истинная гениальность этой сцены состоит в том, как на столь неожиданное вмешательство Бога реагирует Рё — на этот момент он ещё не знает, что он Сатана. Лишь предшествующая этой сцена даёт два жирных намёка: номер квартиры Рё (666) и случайно открытая им на Откровении Иоанна Богослова Библия, откуда он сразу озвучивает стих о низвержении Богом Сатаны в бездну на 1000 лет, его последующем возвращении и повторном поражении.

Когда же Рё видит кадры со спутника, запечатлевшие вмешательство Бога, его посещает паническая атака. Сатана в настоящем ужасе, когда видит, что Бог всё ещё следит за Землёй и вмешивается, чтобы противодействовать его планам, пусть сам Рё ещё не осознал себя в качестве противника Бога. Истерически крича от страха под Judgement (любую сцену делает лучше), Сатана падает на пол и забивается в угол.

Предотвращение Яхве ядерного холокоста в Devilman Crybaby

Зная предысторию, несложно понять, что Рё страдает от ПТСР после предыдущего поражения от рук Бога. Хотя ретроспективно аниме обычно говорит о первой битве Сатаны с Богом как о простом мелком поражении, этот кадр раскрывает, что в действительности во время прошлой стычки Бог сотворил с Сатаной нечто настолько ужасное, что даже лидер расы кровожадных демонов в панике забивается в угол, увидев лишь смутный намёк на силу Бога. В конце концов, Всевышний уничтожил прежнюю физическую оболочку Сатаны и заточил его в Ад — этим несложно объяснить, почему Рё в Crybaby такой явный социопат и садист.

Кроме того, сцена Божественного вмешательства важна по той причине, что расставляет распределение сил во вселенной Devilman. Амон, силой которого пользуется Акира, считался сильнейшим демоном. И хотя Сирена почти побеждает его, она делает это лишь с помощью заставшего их врасплох Каима. Зеннон также одерживает победу в первой схватке лишь застав Акиру врасплох, а при повторном сражении Акира окончательно подтверждает свой статус самого могучего демона, переломив лорда Зеннона пополам. Но когда Акира дерётся с Сатаной, то последнему удары Человека-Дьявола не могут нанести и толики урона.

И это при том, что со слов Психо-Дженни Сатана к моменту битвы с Акирой так и не отошёл после их прошлого сражения с Богом. И раз уж прошли миллионы лет, насколько могущественным в сеттинге Devilman является Бог, раз он одолел Сатану, который в ослабленном виде раскалывает Луну надвое одним ударом и играючи побеждает сильнейшего демона Вселенной? Насколько могущественен Яхве в этой иттерации, если существо вроде Сатаны в страхе дрожит, увидев лишь приблизительно сотую часть того, на что способен Бог?

Для нас, людей европейской культуры, кажется само собой разумеющимся, что Бог авраамических религий — это абсолютно всемогущее и всесильное существо. Но для японцев, воспитанных в традициях синтоизма с его концепцией ками (神) и буддизма с его концепцией дэв (देव), всемогущий по умолчанию монотеистический Бог — это культурно чужеродный феномен. Даже библейского Бога и Иисуса Христа многие японцы рассматривают скорее как европейских ками, чем как всесильных и всевластных метафизических существ.

Это добавляет глубины как Богу, так и Сатане, раскрывая любопытные детали их предыстории, о которых сам Рё не сильно спешит распространяться по ходу самого сюжета.

1. Смерть семьи Мики

В самой манге родители Мики и Таро умерли раньше, чем их дети. Козо и Акико Макимура были жестоко замучены и убиты в штабе Антидемонического Корпуса. Акира обнаруживает их раздетые догола и расчленённые тела висящими на мясных крюках во время своего рейда на штаб. Именно трагичная и жестокая смерть родителей Мики посеяла в Акире первые ростки его нигилистичного разочарования в человеческом роде, которые достигли своего пика со смертью самой Мики.

В Amon родители Мики не были захвачены Антидемоническим Корпусом, и им даже приходится участвовать в рейдах линчевателей, чтобы отвести от своей семьи подозрения (кажется, неохотно). Но несмотря на их усилия, после демонстрации Рё кадров с шабаша родители Мики, предположительно, были убиты где-то за кадром — в самой OVA они не фигурируют. Позже сами Мики и Таро были убиты в собственном доме.

Devilman Crybaby кардинально переосмысливает историю семьи Макимура. Хотя смерть Мики близка к каноничной (обезглавлена линчевателями в самом конце истории), остальная её семья умирает намного раньше и обстоятельства их смерти не имеют ничего общего с мангой или другими адаптациями.

Резня, предшествовавшая убийству Мики, в Devilman Crybaby

Во время всеобщей демонической паники Таро сам становится полудемоном, но (вероятно) из-за своего возраста совсем не может контролировать свои демонические силы и неутолимый голод. Он дьяволски разрывает на куски и съедает собаку, прежде чем мать обнаружит трансформацию сына и сбежит с ним от остальной семьи. Акико решает оградить Таро от Антидемонического Корпуса своими силами, но не справляется.

В очередном припадке голода Таро непроизвольно трансформируется в демона-кальмара и съедает собственную мать. Его отец Ноэль обнаруживает их слишком поздно — уже когда демонический Таро медленно живьём переваривает убитую мать. Ноэль колеблется в своей попытке застрелить Таро, чтобы прекратить его мучения, но не может убить собственного сына и в итоге оказывается расстрелян вместе с ним Антидемоническим Корпусом. А Акира снова оказывается рядом слишком поздно.

Сцена трагической смерти семьи Макимура полна мелких деталей. Немаловажно будет отметить её библейский подтекст: Ноэль в этой версии не японец, а европейский мигрант, из-за чего семья Макимура — набожные католики. Тот факт, что в конце религиозный Ноэль оказывается перед невыносимо тяжёлой необходимостью убить собственного сына сближает его историю и личную трагедию с библейским сюжетом о жертвоприношении Исаака Авраамом.

Смерть семьи Мики в Devilman Crybaby

Ещё больше трагизма и драматичности моменту добавляет то обстоятельство, что сам Таро всё это время осознаёт свои действия, хотя и не может контролировать. Видя, как собственный отец наставил на него дуло пистолета, Таро не может сдержать слёз даже в форме демонического кальмара. Но он также и не может перестать переваривать свою мёртвую мать, потому что первобытный демонический голод сильнее, чем семейные узы.

Наконец, в довершении этой сцены в ней играет Devilman No Uta — кавер Кенске Усио на заставку из детского мультсериала по Devilman 1972. По каким-то странным франшизным стечениями обстоятельств в сеттинге Crybaby существует этот мультсериал, и Таро — его большой поклонник. Однако, когда сам Таро уподобляется своему детскому кумиру, он становится неконтролируемым чудовищем, который съедает собственную мать. Для пущего контраста демоническая форма дьявольского кальмара выглядит нарочито мультяшной, будто его дизайн родом из того самого детского шоу.

Это одновременно и гениальная метатекстуальная отсылка, и не менее гениальный комментарий на тему того, как «мир взрослых» опошляет и оскверняет наивные и прекрасные детские мечты. И увидеть эту отсылку тем удивительнее, что сам Crybaby старается быть менее нигилистичным и пессимистичным, чем манга или более ранние OVA. И это также единственная сцена, в которой действительно можно признать, что сюрреалистичный стиль Юасы подходит здесь больше, чем гиперреализм Уманоске Ииды.

Константин Морозов

Добавить комментарий