Либертарианство за один урок

За последние полгода я прочёл столько книг и статей по либертарианству, что уже мог бы написать и защитить диссертацию по этой теме. Но мой профиль не «политическая философия», а я всего лишь бакалавр, так что диссертацию придётся отложить. Но чем моё столь глубокое погружение в тему может быть полезно окружающим (и это весьма нескромно) — никто лучше меня не сможет вкратце объяснить, что вообще такое это ваше «либертарианство». Благо, потребность в этом есть, ведь благодаря одному популярному ютуберу русское коммьюнити окончательно потеряло адекватное понимание этого предмета.

Итак, что такое «либертарианство»? Самый простой ответ, который можно дать: либертарианство — это политическая философия, основанная на принципе самопринадлежности и выводимых из него требованиях об ограничении легитимных функций государства. Выглядит не очень просто? Тогда уточним, что под чем здесь имеется в виду.

Принцип самопринадлежности при желании можно переобозначить как «негативную свободу», «суверенитет личности» или «естественные права», но это не имеет принципиальной важности. В любом случае за одним из этих словосочетаний будет лежать один очень простой тезис: каждый человек является абсолютным собственником своей личности — своего тела, своего сознания и своего труда. Либертарианство же сводится к требованию реорганизовать наши политические институты (государство, в первую очередь) в соответствии с этим принципом: чтобы каждый имел максимальную степень индивидуальной свободы и был защищён от покушений на эту свободу со стороны других людей.

Звучит красиво, но не очень понятно, как это должно выглядеть на практике. Тем более, что конкурирующие с либертарианством политические философии нередко тоже позиционируют себя в качестве защитников индивидуальной свободы, но понимают её, кажется, несколько по-иному. Этот нюанс поможет объяснить либеральный теоретик Исайя Берлин.

Исайя Берлин — автор разделения на негативную и позитивную политическую свободу

Берлин описал две конкурирующие трактовки свободы в политической философии: негативную и позитивную. Позитивная свобода понимается как актуальная возможность к конкретным действиям. Например, быть свободным в получении образования означает, что у вас есть незатруднённый доступ к образовательным учреждениям (государство оплачивает ваше обучение в вузе за счёт налогоплательщиков). Негативная же свобода понимается как защищённость от внешних ограничений вашей деятельности. С этой точки зрения, если у вас нет актуальной возможности получить образования, то это ещё не значит, что вы несвободны в получении образования — только если кто-то непосредственно препятствует реализации вашего намерения его получить.

Либертарианцы поддерживают негативное понимание свободы, а точнее две наиболее популярные его разновидности — свобода как невмешательство и свобода как недоминирование. Первая описывает свободу как такое положение дел, при котором никто не может вмешаться в ваши дела. Вторая же рассматривает свободу как такое положение дел, при котором никто не может занимать над вами доминирующего положения, которое бы позволило ему осуществить подобное вмешательство. Большинство либертарианцев склоняются к идеалу свободы как невмешательства, но некоторые отстаивают и идеал свободы как недоминирования.

Но в таком случае резонно будет спросить: а где проходит та черта, которая отделяет ваши дела от дел чужих? Что можно расценить как вмешательство, а что нельзя? Вопросы эти не столь очевидны, как может показаться. Большинство либертарианцев, например, не считают, что отказ частных магазинов обслуживать геев будет считаться ограничением свободы последних и вмешательством в их личные дела. Здесь либертарианцам на помощь приходит концепция частной собственности.

Большинство либертарианцев связывают легитимную область индивидуальной свободы с концепцией частной собственности — каждый волен поступать, как ему заблагорассудиться, но только со своей законной собственностью. Все либертарианцы, как было подмечено ранее, признают за каждым человеком абсолютное право собственности на собственное тело, следовательно и на собственный труд. Совмещением своего труда с ничейными вещами либертарианцы обосновывают получение прав собственности на внешние материальные ресурсы — продукты чьего-либо труда становятся его законным имуществом. В дальнейшем же люди могут дарить или обменивать свою собственность по любой устраивающей их цене.

Джон Локк — либеральный философ, заложивший основы либертарианства и его специфичного подхода к обоснованию частной собственности

Основная масса либертарианцев, которых ещё называют «правыми», считают возможности человека по части присвоения ничейных материальных объектов (то есть природных ресурсов) неограниченными — достаточно оказать на них какое-либо преобразующее воздействие и считай, что ресурсы уже тебе принадлежат. Меньшая часть либертарианцев, называемые также «левыми», придерживаются иной позиции: поскольку по умолчанию природные ресурсы не являются продуктом чьего-либо труда, то на необработанные природные ресурсы все-все люди имеют равные права. Но поскольку частное присвоение их по-прежнему не запрещается, то собственники природных ресурсов должны всего-навсего компенсировать ценность отчуждаемых ими ресурсов через налоги.

Большинство либертарианцев считают, что такими соображениями этики частной собственности всё либертарианство и исчерпывается. Такую позицию, сводящую всё либертарианство к принципу самопринадлежности, принято называть «тонким либертарианством». Противоположностью ей является идея «толстого либертарианства», сторонники которой склонны рассматривать принцип самопринадлежности в контексте более широкой моральной философии.

Толстые либертарианцы тоже, в свою очередь, бывают разные. Правые толстые либертарианцы, например, хоть и выступают против государственного вмешательства в частную жизнь граждан, но также считают необходимым бороться с «аморальным образом жизни» (однополым сексом и употреблением психоактивных веществ, в частности) усилиями шейминга и остракизма. Левые же толстые либертарианцы считают недопустимым государственное вмешательство в дела частного бизнеса, но также считают необходимым усилиями забастовок и остракизма бороться против эксплуатации труда и за интересы рабочего класса.

Тонкие либертарианцы считают, что их политическая философия совместима с любым неагрессивным образом жизни: от благочестивых пуритан до гедонистичных рейвероов. Толстые же либертарианцы считают, что есть только один образ жизни, реально совместимый с либертарианскими взглядами, но бороться за его распространение можно лишь путём убеждения, но не принуждения. Где-то между ними затесались немногочисленные «политические либертарианцы», для которых совместимых с либертарианством образов жизни заметно больше, чем один, но далеко не все «неагрессивные» лайвстайлы входят в это число.

Гэри Шартье — христианский анархист и левый либертарианец, внёсший вклад в разделение тонкого и толстого либертарианства

Возможно, вы уже лучше поняли, что либертарианцы в целом за частную собственность (и поэтому против большинства сортов социализма) и против государственного вмешательства в жизнь граждан (и поэтому за всяко разный легалайз). Но вы, наверно, до сих пор не понимаете конкретно: что наши друзья-либертарианцы предлагают нам сделать, чтобы достичь общество благоденствия? В зависимости от радикальности, мы можем поделить политические предложения либертарианцев на 4 большие группы:

  1. Рыночный анархизм или Анархо-капитализм. Наиболее радикальное крыло либертарианцев, которые считают необходимым устранить государство как таковое. Анархо-капиталисты считают, что институт государства абсолютно несовместим с реализацией негативной свободы человека, а потому должен быть заменён на добровольные ассоциации. Все-все те функции, что сегодня выполняет государство, вплоть до содержания судов, полиции и армии, должны выполнять частные компании в условиях рыночной конкуренции, считают рыночные анархисты. Представители: Мюррей Ротбард, Дэвид Фридман, Гэри Шартье, Майкл Хьюмер, Лисандр Спунер.
  2. Ультраминархизм. Более умеренная ветвь, которая допускает существование т.н. минимального государства или «государства — ночного сторожа». Ультраминархисты согласны с тем, что государство неизбежно нужно нам, чтобы защищать наши права и свободы. Но они также считают, что функции государства должны быть ограничены именно сферой защиты прав и свобод. Обычно модель минимального государства описывается как сочетание «полиция + суды + армия». Никакого трудового или антимонопольного законодательства, никаких регуляций, ничего сверх этого сочетания ультраминархисты не приемлют. Представители: Айн Рэнд, Леонард Пейкофф, Натаниэль Бранден.
  3. Минархизм. Единственное расхождение между обычными и ультраминархистами состоит в том, что последние отрицают допустимость налогообложения. Ультраминархисты, вслед за анархо-капиталистами, считают любые налоги формами грабежа, а потому выступают за финансирование ультраминимального государства исключительно добровольными пожертвованиями. Эта система, очевидно, полна недостатков и противоречий, а потому минархисты без приставки «ультра» допускают существование некоторой минимальной формы налогообложения. Представители: Роберт Нозик, Людвиг Мизес, Эрик Мак, Леонард Рид.
  4. Классический либерализм. Вообще само слово «либертарианство» было придумано как синоним для «классического либерализма», потому что дефиниция самого термина «либерализм» со временем становилась всё менее понятной и очевидной. Однако сегодня иногда классическими либералами называют лишь самое умеренно крыло либертарианцев — сторонников малого государства. Малое государство, в отличие от минимального, не ограничивается сферой защиты прав и свобод граждан. Малое государство также может брать на себя антимонопольное регулирование, эмиссию национальной валюты, создание инфраструктуры, социальное обеспечение и прочие функции. Либертарианский компонент здесь в том, что такое расширение государства допускается лишь при наличии особо сильных оснований, а само государство по-прежнему (в теории) должно ориентироваться на минимальное вмешательство в жизнь общества. Представители: Фридрих Хайек, Милтон Фридман, Адам Смит, Рональд Коуз, Джон Стюарт Милль.

Полагаю, теперь перечень предложений либертарианцев более понятен. Либертарианцы — это радикальные либералы, которые выступают за либерализацию всех (или большинства) сфер нашей общественной жизни. Они защищают права взрослых людей заниматься социально-неодобряемыми ненасильственными практиками, вроде проституции, порнографии, употребления психоактивных веществ, однополого секса, абортов и т.д. — это культурный либерализм. Но они также защищают права частных собственников заниматься любой ненасильственной экономической деятельностью без внешнего надзора, даже если наши друзья-социалисты расценивают это как экономическую эксплуатацию — это экономический либерализм.

Диаграмма Нолана определяет либертарианство как сочетание наиболее полной индивидуальной и экономической свободы; экономическая свобода без индивидуальной означает консерватизм, индивидуальная без экономической — леволиберализм и социал-демократию, а отсутствие свобод — авторитарные идеологии (нацизм, коммунизм)

Теперь, когда вы примерно поняли, в чём состоит практическое либертарианство, ещё углубимся в теорию. Вас, возможно, всё это время не покидал вопрос: а с чего это вдруг либертарианцы вообще взяли, что их принцип самопринадлежности, негативная свобода и этика частной собственности — это что-то важное? Существует множество подходов к обоснованию либертарианских взглядов, но в целом их можно свести к четырём аргументационным линиям. Две первые из них считаются классическими, а две последние стали выделять относительно недавно, и они во много перекликаются с первыми двумя. Но для полноты картины затронем их все.

  1. Деонтологическое либертарианство (Либертарианское естественное право). Сторонники этого подхода считают, что все люди имеют естественные неотчуждаемые права. Это права не санкционируются государством, а предшествуют его возникновению. Более того, само государство для деонтологических либертарианцев оправдано лишь как инструмент для защиты естественных прав человека, а чрезмерное вмешательство расценивается как нарушение прав. Деонтологические анархо-капиталисты считают, что любое государство нарушает права человека самим фактом своего существования, а потому и должно быть упразднено. Представители: Джон Локк, Иммануил Кант, Лисандр Спунер, Мюррей Ротбард, Роберт Нозик, Гиллель Штайнер, Питер Валлентайн, Майкл Оцука, Майкл Хьюмер.
  2. Консеквенциалистское либертарианство (Либертарианский утилитаризм). Сторонники этого подхода более скептичны к существованию естественных прав человека. Но они также считают, что государственная политика должна оцениваться по строгим моральным стандартам — в данном случае по соображениям утилитаризма. Утилитаризм состоит в стремлении к наибольшему счастью для наибольшего числа людей. Соответственно, либертарианцы-утилитаристы считают, что свободный рынок и частная собственность нужны для реализации этой цели, тогда как государственный контроль и вмешательство менее эффективны в этом. Утилитарные анархо-капиталисты так и вовсе считают, что в любом вопросе рыночная конкуренция всегда будет эффективнее государства, даже в вопросе поддержания правопорядка. Представители: Иеремия Бентам, Джон Стюарт Милль, Рональд Коуз, Фридрих Хайек, Милтон Фридман, Дэвид Фридман, Брайан Каплан.
  3. Эвдемонистическое либертарианство (Либертарианская этика добродетели). Сторонники этого подхода тоже считают, что у людей есть естественные права, однако их концепция естественного права апеллирует не столько к либералам Эпохи Просвещения, сколько к классическим трудам Аристотеля, Фомы Аквинского и католических богословов. Либертарианцы-эвдемонисты считают, что естественные права (как и моральные добродетели) несут в себе инструментальную ценность в достижении эвдемонии (обычно переводится как «счастье», но более корректный перевод — «процветание»). С этой точки зрения, государственное вмешательство препятствует развитию нравственных добродетелей человека, но в то же время именно добродетели в конечном счёте способствуют возникновению либертарианского общества. Представители: Айн Рэнд, Гэри Шартье, Родерик Лонг, Джонатан Кроу, Дейдра Макклоски.
  4. Контрактное либертарианство (Либертарианский контрактуализм). Сторонники этого подхода обращаются к теории общественного договора как способу обоснования своей философии. Они считают, что если бы мы смоделировали ситуацию, в которой нам надо договориться о правилах совместной жизни в обществе, то мы бы выбрали именно либертарианское общество, которое даёт нам максимум личной свободы. Хотя ранние теоретики общественного договора, вроде Иммануила Канта, Джона Локка и Томаса Гоббса, также верили в существование естественных прав (с целью защиты которых и заключается договор), современные либертарные контрактуалисты иногда могут и не обращаться к идее естественного права. Также современные либертарные контрактуалисты в целом наиболее умерены по вопросам госвмешательства, но среди контрактуалистов прошлого можно найти и рыночных анархистов, вроде Бенджамина Такера. Представители: Мэтт Зволински, Кевин Валлье, Джон Томаси, Джеральд Гаус, Бенджамин Такер, Филипп Ван Парийс.

Кажется, что все эти разные подходы больше запутывают, чем проясняют? Возможно, это действительно выглядит так, если вы не интересуетесь политической философией. Разумеется, в практической политике эти подходы имеют куда меньшее значение, особенно на фоне того, что они используются для обоснования ±одинаковых политических решений. Однако не стоит забывать, что реальная политика нередко следует за политической философией.

Именно либертарианские взгляды Джона Локка, изложенные им во «Втором трактате о правлении» и пересказанные в «Письмах Катона» Джона Тренчарда и Томаса Гордона, повлияли на американских отцов-основателей, текст их Конституции и Декларации Независимости. В некотором роде самое мощное государство мира Соединённые Штаты Америки является именно либертарианским проектом, хоть за столетия своего существования США и успели отойти от той вариации либертарианства/либерализма, что отстаивал Локк. В более близкой к нам исторической перспективе т.н. «неолиберальные» реформы восьмидесятых, проводимые в США Рональдом Рейганом и в Великобритании Маргарет Тэтчер, были вдохновлены экономическими и политфилософскими воззрениями либертарианцев Милтона Фридмана и Фридриха Хайека.

Фридрих Хайек и Милтон Фридман — влиятельные либертарианские экономисты второй половины XX века, лауреаты Нобелевской премии по экономике

Так что не стоит недооценивать значимость мудрёной и абстрактной политической философии на реалии политической жизни. Как подмечал в своё время леволиберальный экономист Джон Кейнс: любой великий реформатор чаще всего находился под заметным влиянием того или иного интеллектуала из прошлого. Мы с вами, как граждане страны, в прошлом почти 70 лет строившей коммунизм по заветам немецкого гегельянца Карла Маркса, должны знать это лучше, чем кто-либо другой.

Поэтому, если вас заинтересовала тема либертарианства, то держите подборку книг для более глубокого погружения в тему:

  1. «Либертарианство» Эрика Мака
  2. «Анархия, государство и утопия» Роберта Нозика
  3. «Конституция свободы», «Право, законодательство и свобода», «Дорога к рабству» Фридриха Хайека
  4. «Капитализм и свобода», «Свобода выбора» Милтона Фридмана
  5. «Механика свободы» Дэвида Фридмана
  6. «Этика свободы», «К новой свободе: Либертарианский манифест» Мюррея Ротбарда
  7. «Капитализм: Незнакомый идеал», «Добродетель эгоизма» Айн Рэнд
  8. «Овцы в волчьих шкурах: В защиту порицаемых» Уолтера Блока
  9. «Возвращение невидимой руки: Актуальность классического либерализма» Дипака Лала
  10. «Оправдательный либерализм», «Порядок публичного разума», «Тирания идеала» Джеральда Гауса
  11. «Либерализм в классической традиции» Людвига Мизеса
  12. «Единственный и его собственность» Макса Штирнера
  13. «Буржуазные добродетели: Этика века коммерции», «Буржуазное достоинство: Почему экономика не может объяснить современный мир», «Буржуазное равенство: Как идеи, а не капитал или институты, обогатили мир» Дейдры Макклоски
  14. «Реальная свобода для всех: Что (если вообще что-либо) может оправдать капитализм?», «Базовый доход: Радикальный проект для свободного общества и здоровой экономики» Филиппа Ван Парийса
  15. «Честность свободного рынка» Джона Томаси
  16. «Проблема политической власти» Майкла Хьюмера
  17. «Истоки левого либертарианства», «Левое либертарианство и его критики» Питера Валлентайна и Гиллеля Штайнера
  18. «Либертарианство без неравенства» Майкла Оцуки
  19. «Анархия и правопорядок», «Процветание жизни: Изучение либерализма естественного права», «Радикализация Роулза: Глобальная справедливость и основы меджународного права» Гэри Шартье
  20. «Маркс, Хайек и утопия», «Айн Рэнд: Русский радикал», «Тотальная свобода: К диалектическому либертарианству» Мэттью Скьябарры

Константин Морозов

  • Джон Локк

Добавить комментарий